Военный корреспондент Семён Пегов, автор Telegram-канала…

ГЕНЕРАЛ ИЗ ЗЕМЛЯНКИ

За время СВО могло сформироваться ложное представление о том, что у нас в армии нет по-настоящему боевых генералов, что все они якобы отсиживаются в уютных бункерах и, кроме умозрительных стрелок на военных картах, фронта белого не видят. Где наши Жуковы на передовой? Где Рокоссовские и Панфиловы? Если почитать все эти наши бесконечные телеграммы, действительно может показаться, что вывелся русский генерал, остался в героическом прошлом Великой Отечественной и в относительно недавних локальных конфликтах. Ан нет. Боевые генералы у нас есть, и я имел радостную возможность в этом убедиться.

Знакомьтесь: генерал-лейтенант и Герой России Эседулла Абачев. В зоне СВО он стал практически народным командиром. Не только по позывному, но и в лицо его знает практически каждый боец на вверенном ему участке фронта, да и среди гражданских он фигура более чем узнаваемая. Прежде всего потому, что не отстраняется от мирняка взводом личной охраны и штабной колючей проволокой. На освобождённых территориях он частенько «выходит в люди», помогая решать в том числе наболевшие бытовые проблемы.

Сам генерал, к слову, во фронтовом своём быту не просто неприхотлив, а аскетичен, что называется, по-спартански. В лучших традициях ВОВ. «Офис» его расположен в самой обычной землянке, вместо кондиционера — фирменный холодок сурового донбасского грунта, командирское общение сопровождается освежающим запахом ворсистых сосновых досок и почвы. Тут же, рядом с рабочим столом, обычная солдатская шконка, аккуратно застеленная серым штатным армейским одеялом. Из удобств при проходе по траншее, ведущей к генеральскому «кабинету», в глаза бросился импровизированный «летний» душ. Из ремонта в этой душевой разве что занозистый поддон на земляном полу, чтобы под ногами не чавкало. В общем, я был впечатлён. Учитывая, что во время моего визита иной раз отчётливо были слышны прилёты вражеской артиллерии. Когда я узнал, какое расстояние здесь до противника, впечатления приумножились. Сознательно не называю чисел: хоть землянок у генерала отнюдь не одна и не две, но всё-таки неонацистской охоты на наших командиров ещё никто не отменял, так что не будем облегчать работу врагам.

Тем не менее не могу не сказать, что генерал не только изъездил всю линию соприкосновения, но и исходил её львиную долю пешком. Просто потому, что подъезды к отдельным опорникам нереальны: воздух кишит FPV-дронами и прочими взрывоопасными предметами. Только за одну нашу часовую прогулку мы дважды плотно попали под весёлые «Грады» и несколько раз — под занудные мины. Пока я натягивал на себя маску показного бесстрашия, Эседулла непринуждённо улыбался. Для генерал-лейтенанта такие походы стали ежедневным занятием.

Я видел, какой эффект эти его вояжи на передовую оказывают на офицеров, которые командуют боем, и на обычных рядовых бойцов, разумеется, тоже. Эффект естественного допинга. И надо признаться, здесь мы идём вперёд. Всего за неделю войскам удалось тут отбить у врага как минимум один населённый пункт. Вдохновлённые успехом, наши штурмовики продолжают двигаться дальше. Разумеется, победные результаты складываются из множества факторов, но очевидно, что такая включённость командующего направлением в боевые действия непосредственно на земле является одним из решающих.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.