Сеть информаторов и «умелые автомеханики»: как раньше…

Карикатурный еврейский погром в Махачкале ставит нас перед совершенно не карикатурной необходимостью противодействовать таким «перформансам» в будущем. Если сегодня оказалось, что толпа может ворваться в аэропорт с голыми руками, то вопрос времени, когда её фюреры и кукловоды решат, что в следующий раз стоит сходить туда же с автоматами и самодельными бомбами.

Толпу в Махачкале целенаправленно заводили и накручивали. Администрация каналов типа «Утро Дагестана» находится за пределами России. Воздействовать на них трудно, хотя, как показывает практика, возможно. Однако ещё важнее — восстановить недавние методики по борьбе с вооружённым подпольем на месте.

В нулевые в Дагестане достигла пика партизанско-террористическая война. Радикалы взрывали и расстреливали чиновников и полицейских, а заодно и представителей духовенства (оно казалось им слишком умеренным), и вообще людей, которых сочли живущими «неправильной жизнью» — от женщин, пришедших на пляж, до работников алкомаркетов. Тем не менее к 2014 году вооружённое подполье удалось практически полностью разгромить.

Первая реакция на террор сводилась к чисто силовым методам — массовым обыскам и посадкам. Жизнь заставила перейти к более тонким методам воздействия на боевиков. Подполье насыщали агентурой, а с сообществами верующих работали напрямую, чтобы отделить агнцев от козлищ, а мирные сообщества, желающие жить по своей вере, от экстремистов. К людям, готовым «спуститься с гор», относились лояльно, если за теми не было каких-то конкретных преступлений, кроме самого факта принадлежности к бандподполью. Эта работа была тонкой, требовавшей не каких-то мгновенных озарений, а системного подхода, но на длинной дистанции она дала результат.

Сейчас всё иначе. Подпольные мечети, где вербуют радикалов, это по-прежнему проблема, но появилась точка сборки для экстремистов, которой ранее не было — клубы ММА. Однако и эти сообщества вполне поддаются внедрению агентов. Сейчас в руках у правосудия — несколько десятков участников погрома. Никому из них не хочется за решётку, и каждый из них знает немало «братьев». Ключевая задача — не просто пересажать всех участников вчерашних беспорядков, а вернуть часть из них в родные качалочки уже готовыми за страх или деньги работать на государство — вычислять других фанатов «Утра Дагестана», Абдуллы Костекского и тому подобных вождей и сенсеев. А ещё — прочесать частым гребнем сообщества, вокруг которых кучкуются потенциальные боевики. Провести работу с лидерами мнений и понять, по глупости или с чьей-то подачи эти люди подхватывают позорные лозунги. И немилосердно бить таких деятелей по самому дорогому — а именно по карману и статусу. Жизнь звезды поп-ММА отличается от жизни з/к — и они это прекрасно понимают.

Это мелкая работа, буквально в ручном режиме. Но её необходимо снова провести, и повторять этот покос травы регулярно. Иначе мы будем раз за разом сталкиваться с одной и той же бедой.

Что же касается тех, кто гадит из-за рубежа, для контроля за ними инструменты тоже существуют. Был такой Зелимхан Яндарбиев. Он продвигал идеи джихада против России с таким размахом, какой не снился нынешним Telegram-каналам. Джихад в Чечне Яндарбиев предусмотрительно пропагандировал, живя в Катаре, — это очень разумный лайфхак для тех, кто хочет вдохновлять других идти на риск в нашей стране. Но ему это не помогло: в один прекрасный день гражданин Яндарбиев сел в машину, а та взорвалась. И машина взорвалась за те удивительные годы не только у Яндарбиева.

У нас есть очень толковые автомеханики. Им пора выйти на работу.