Не подумайте, что я про мистику, – я про совпадения….

Не подумайте, что я про мистику, – я про совпадения. Сначала зарисовка: я говорю про свой специфический опыт – или пусть кто-то назовёт его деформацией – переваривания разного рода катаклизмов, влекущих за собой глубокие социальные потрясения, и как следствие – заточенность моего сознания на признаки их зарождения. Фон, на котором рождаются такие признаки – всегда полная уверенность, что всё под контролем, и клятвенные заверения всех, кто составляет опору власти, в преданности и эффективности. В итоге всё всегда случается неожиданно, а те, кто заверял – либо в стороне, либо не эффективны.

Так вот, будучи в силу конъюнктурных соображений отодвинут от возможности участвовать в дальнейшем строительстве Республики, которую мы имели ответственность создать, я получил время и возможность осматриваться вокруг в поиске знакомых "мотивов", и когда в Екатеринбурге случилась история с храмом-сквером, я увидел в ней очередную репетицию по раскачке обстановки со своими специфическими особенностями: на антиклерикальной почве объединились левые и либералы, и пошли воевать с постройкой храма. Зачинщиками выступили либералы, которые вольно или невольно являются партактивом наших партнёров из-за океана сейчас и на перспективу.

Либералы – это медийная разгонка и деньги, а левые – это улица, – союз продуктивный. Мне захотелось разобраться, и я полетел на место событий. Нормальный город, нормальные люди – нормальные намерения по постройке храма. Но кому-то эти намерения не понравились . Оставлю в покое подрывной подтекст – сосредоточусь на, собственно, проводе для беспорядков: Екатеринбург в лице "просвещенной" своей части отрёкся от возрождения храма святой Екатерине, в честь которого был назван.

А теперь немного статистики: во время мобилизации на Уральский Федеральный округ легла самая высокая нагрузка – он дал больше половины от общего количества мобилизованных по всей стране. Не сложно предположить, что и на самый крупный город в регионе доля мобилизованных тоже выпала не малая. Почти уверен, что и процент либерально настроенных граждан из категории релокантов тоже внушительный. На какие социальные страты легло основное бремя воинской повинности? Интересно, сколько народу из тех, кто грудью стал против строительства, отправилось на фронт, и много ли из них по прежнему считают, что сквер важнее храма, в котором уже к этому времени раздавались бы молитвы о русском воинстве?