На вылете в сочинском аэропорту в развале у кассы…

На вылете в сочинском аэропорту в развале у кассы увидел вот такие сувениры: купола да черти.

И можно было бы пройти мимо, посчитав за глупость, вздохнув разве что снова об адовых игрушках, которые постоянно пихают нашим детям, а невдумчивые родители спокойно их своим чадам покупают, не понимая последствий даже такого "игрового" общения с чертями (недавно увидел гуляющую семью со славным пацаненком, на майке которого сидел мультяшный улыбающийся бафометик в пентаграмме)…

Но тут в аэропорту, увидев такое соседство на витрине, показалось, что есть в этом грустная метафора нашей нынешней русской жизни.

Мучительно после века гонений воскресающая Церковь соседствует с массовым крестоповалом от слепых дизайнеров и всюдушним бытовым стеснением своей веры.

Тянущаяся в храмы молодёжь – рядом с другой, плетущейся на хеллуины, а теперь ещё и новый их такой же бесовский извод – "велесовы дни" и разные муниципальные "Балы Воландна", фестивали мистики… и прочее, имя им легион.

Умножение святых обителей, храмов, причастников в них – рядом с массовым вбесовлением: походом всей страны к колдунам и экстрасенсам.

Осознание себя русским ковчегом – местом сохранения веры, здорового отношения к семье и вообще ко всему – рядом с чудовищной статистикой абортов, разводов, самоубийств…

Поклонение Богу Истинному рядом с поклонением идолам всех мастей, включая теперь ещё и реальных истуканов в возрождающемся тупом и скучном неоязычестве.

И можно было бы приплести сюда Достоевского – про поле битвы, на котором дьявол борется с Богом; вспомнить про Церковь, всегда воинствующую… и, наверно, всё это будет уместно. Но у меня всплывают почему-то другие слова, апостола Павла: "Какая совместность храма Божия с идолами? Ибо вы — храм Бога живого, как сказал Бог: «вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом".

А в такое – не вселится Бог.

Не могут эти вещи быть рядом. Никогда они не уживутся – и рано или поздно Бог очень прямо поставит перед всеми нами вопрос: мы Его народ или чей?

Мы страна Христа или кашпировских? Страна святых или блудниц? Страна мучеников или мучителей?

"Раз черти в душе гнездились, значит ангелы жили в ней" – всего лишь метафора поэта. В жизни ангелы с чертями не живут рядом.

Бог – не либерал, Бог дарует только настоящую свободу.

А в настоящей свободе и в духовной жизни нет этого киселя под названием "все люди разные", пусть всё будет. Пусть будет всё, конечно, кроме того, что оскверняет и гонит Бога!

Потому что Бог есть.
А без Него – нас не будет.
Даже наша недавняя история это так ясно доказывает.

Наш народ всегда знал это правило духовной свободы: "коготок увяз, вся птичка в сетке".

В апокалипсисе есть слово "теплохладность". Вот это, кажется, оно.
Это попытка примирить купола и чертей, Пасху и "велесов день" в календаре, имена святых и имена палачей на улицах…

И Бог говорит, что теплохладность страшнее равнодушия или холодности. И обещает покарать за неё.

Потому что уравнивая ад и рай, ты на самом деле и в рай плюёшь, и делаешь всё, чтобы ад неизбежно расширялся.
Пока не поглотил всё вокруг.